vk rtrg

«Парашут» и слитное «не»: каким может стать русский язык после реформы

«Парашут» и слитное «не»: каким может стать русский язык после реформы

Специальная комиссия, созданная при Правительстве РФ, займется актуализацией действующих правил русского языка. Насколько необходима такая инициатива, и какие изменения нужны нашему языку в первую очередь, заручившись помощью специалистов, разбиралась «ПолитРоссия».

Правительство возьмется за язык

В четверг, 6 августа, на заседании кабмина премьер-министр России Михаил Мишустин объявил о создании комиссии, которая займется формированием в стране целостной языковой политики. По словам главы правительства, в России давно назрела необходимость проведения экспертизы правил русской орфографии и пунктуации. Дело в том, что действующие правила были утверждены в далеком 1956 году и, по мнению специалистов, сильно устарели. Также о необходимости их актуализации еще в прошлом году говорил президент РФ Владимир Путин.

Такую инициативу следовало ожидать. Напомним, что поправка о русском языке вошла в текст обновленной Конституции РФ, и изначально комиссию по русскому предполагалось сформировать еще к 15 июня, а уже 15 августа она должна была провести актуализацию действующих языковых правил и норм. Однако в силу объективных причин решение этого вопроса пришлось отложить.

Как отметил в беседе с корреспондентом «ПолитРоссии» научный руководитель Центра исследования медиакоммуникаций Государственного института русского языка имени Пушкина, кандидат филологических наук Андрей Щербаков, действующие правила орфографии и пунктуации уже давно не соответствуют современным реалиям русского языка. И в этом отношении инициатива Михаила Мишустина выглядит более чем актуальной. 

«Потребность в реформе орфографии есть всегда, и вызвана она объективными обстоятельствами. Литературные языковые нормы постоянно меняются. И, соответственно, орфографические нормы – правила правописания, расстановки знаков препинания и так далее – тоже нуждаются в изменениях в соответствии с тем, что происходит в языке и в общественно-речевой практике», – объясняет филолог.

По его словам, последняя орфографическая реформа у нас действительно проводилась в уже далеком 1956 году. Однако определенные вопросы вызывает желание создать комиссию на базе правительства.

«Хочу напомнить, что в конце 90-х годов Орфографическая комиссия Российской академии наук уже подготовила проект свода правил русской орфографии и пунктуации. Он активно обсуждался и в академическом сообществе, и в прессе. Поэтому комиссию, наверное, создать все-таки нужно. Но понятно ведь, что в правительстве сидят не филологи, не лингвисты и не специалисты по ортологии. И, конечно, власти должны опираться на мнение профессионального сообщества, академического сообщества, в частности, на мнение Орфографической комиссии РАН», – считает Андрей Щербаков.

С ним не согласен профессор Института русского языка РАН Анатолий Баранов. В интервью нашему изданию лингвист подчеркнул, что ученое сообщество носит неоценимый вклад в изучение языковых особенностей, в анализ изменений, которые происходят в речи. Однако свои выводы филологи могут сформировать лишь в качестве рекомендаций. В то время как окончательным утверждением всех предписаний должно заниматься исключительно государство.

«Государственная языковая политика проводится именно государством. Она не может проводиться академическими и научными институтами, университетами – это не в их функции. Они не имеют полномочий для того, чтобы заставлять людей писать или говорить так-то, а не так-то. Словари, конечно, формируются в научных учреждениях, но они все-таки должны иметь какой-то государственный статус», – объясняет Баранов.

Другое дело, что сегодня не до конца понятно, чем именно будет заниматься комиссия при правительстве, поэтому давать оценку этой задумке пока рано. По мнению Анатолия Баранова, всегда существует опасность того, что инициатива станет лишь «очередным видом административного восторга», а созданная комиссия даст рекомендации, которые никому не нужны.

Народ против

Говоря о нужности языковой реформы или хотя бы некоторых изменений, следует понимать, что их внесение не является вещью в себе – оно будет распространяться как минимум на всех русскоязычных граждан нашей страны. И если ученое сообщество и члены правительства смогут прийти к консенсусу достаточно быстро, то убедить рядовых россиян в необходимости менять действующие правила будет не так-то просто.

«Существующие правила в ряде случаев сильно усложнены. Об этом говорят многие специалисты. Но на русском языке говорят не только лингвисты – на нем говорят все россияне. Лет десять назад уже была попытка реформы, которая проводилась в Институте русского языка. И были предложенные рекомендации, которые общество встретило в штыки. И даже простенькой реформы не было проведено», – вспоминает Анатолий Баранов. 

Об этом же говорит и Андрей Щербаков. По его словам, навязать простым гражданам новые правила всегда непросто. 

«В тех же 90-х журналисты почему-то активно обсуждали предложения Орфографической комиссии РАН писать словах "жюри", "брошюра" и "парашют" через букву "у", а не "ю". Почему-то именно это предложение вызвало повышенный резонанс. Естественно, эти изменения преподносились в негативном виде, из-за чего даже люди, которые сами допускали ошибки в написании этих слов, начали высказываться против правок», – рассказывает филолог.

По словам Анатолия Баранова, подавляющее большинство людей консервативны по своей природе. И если они уже обучены определенным правилам языка, то склонны все изменения воспринимать исключительно в негативном свете.

«Они уверены, что это порча языка, его обесценивание и так далее. Их можно понять – всегда трудно отказываться от чего-то, что кажется тебе разумным и логичным, даже если на самом деле оно таковым не является. Мы вообще живем в плену своих привычек, поэтому изменения в правилах наверняка породят некоторые проблемы. Как их решать? Пока не очень ясно. Думаю, не нужно сразу же запрещать людям пользоваться старыми моделями – вместо этого нужно будет прийти к какому-то переходному состоянию», – считает Анатолий Баранов.

Он напоминает: в качестве ориентира можно использовать историю со словом «кофе», в отношении которого основные словари допускают форму как мужского, так и среднего рода.

Главное – единообразие

Слово «кофе» действительно можно назвать хрестоматийным примером того, как, казалось бы, абсолютно логичное внесение изменений в литературную норму способно вызвать настоящую бурю негодования среди рядовых носителей языка. Впервые на странности в определении его рода обратил внимание русский филолог Василий Чернышев еще более сотни лет назад – как раз тогда, когда было решено отказаться от слова «кофий» в пользу современной формы, с сохранением мужского рода.

Это произошло сразу же после революции 1917 года, хотя еще в начале прошлого века предпочтительным считался именно средний род. В этом легко удостовериться, если обратиться к творчеству русских писателей-эмигрантов. Иван Бунин, Владимир Набоков, Гайто Газданов – никто из них не попал под влияние реформы русского языка 1918 года, и потому все они спокойно говорили о кофе в среднем роде.

При этом речь идет не только об «исторической справедливости», но и о внутренних процессах нашей языковой системы, в которой слова, оканчивающиеся на «о» или «е» относятся к среднему роду. Как убежден Анатолий Баранов, в этой ситуации ключевым является вопрос единообразия и последовательной логики. И таких спорных примеров, с которыми специалистам только предстоит разобраться, в нашем языке еще предостаточно. 

«Написание "не" с причастиями в составе причастного оборота и без него – это ведь, если вдуматься, настоящая головная боль. По существующим правилам, "не" без причастного оборота с причастием пишется слитно, а в составе оборота – раздельно. Я не говорю, что это сложно – напротив, это правило достаточно легко запомнить, но оно просто лишено какой-то логики и весомой мотивации. Поэтому здесь, безусловно, нужно как-то унифицировать написание», – рассказывает лингвист.

Вторит ему и Андрей Щербаков. По его словам, задача изменений языковых норм далеко не всегда заключается в том, чтобы сделать язык удобнее для носителей. Как правило, правки вносятся в те правила, которые противоречат общим закономерностям.

«То же правописание через "ю" в словах "парашют", "брошюра" и "жюри" является исключением, и в подобных случаях, конечно же, нужно приводить нормы к какому-то единообразию. Есть также проблемы с унификацией правописания одной или двух "н" в прилагательных и причастиях. И это тоже проблемный момент, который представляет определенную сложность. И все эти проблемы, конечно же, нужно обсудить, еще раз изучить действующие сейчас правила и что-то унифицировать. Ведь жизнь не стоит на месте, и логика развития языка и общественно-речевой практики говорит нам, что мы идем по пути если не упрощения, то хотя бы унификации, когда нужно отказываться от какого-то количества исключений. Потому что исключения – это всегда выход за пределы логики и каких-то других оснований», – резюмирует филолог.

Ранее «ПолитРоссия» приводила высказывание российского лингвиста Максима Кронгауза, раскритиковавшего теорию болгар о том, что русский язык является всего лишь «диалектом болгарского».

Автор: Константин Липавский

Новости партнёров
X

Самые интересные статьи, обзоры и размышления — в рассылке!

Я согласен с условиями пользовательского соглашения