Освобождение Мосула: самая бездарная военная кампания современности

23 января совместными усилиями армии Ирака, курдских добровольческих соединений и коалиции стран запада под началом Соединенных Штатов была взята под контроль восточная часть города Мосул, с 2014 года пребывавшего под контролем боевиков ИГ («Исламское государство» террористическая организация, запрещенная в РФ).

Однако, случившееся едва ли можно назвать триумфом. На текущий момент в городе имеет место шаткий баланс между силами коалиции и боевиками ИГ. Даже заявленный контроль над восточной частью Мосула весьма относителен: стычки между боевиками и военными происходят повсеместно и хаотично, несмотря на заявления об успешном окончании военной операции на восточном берегу реки Тигр.

Как бы то ни было, сложившаяся обстановка позволяет подвести итог начального этапа «битвы за Мосул». И этот итог весьма печален, что в очередной раз доказывает суровую истину: нельзя просто взять и назначить день взятия города, а затем всеми силами и вопреки здравому смыслу пытаться поспеть к заявленному срок. В противном случае подсчёт жертв и проблем, возникших на пути к цели, способен ужаснуть.

Датой начала военной операции по освобождению Мосула можно считать 21 января 2015 года, когда при поддержке американской авиации курдские формирования перешли в наступление на занятый террористами город. Наступление едва ли можно назвать успешным: силами 5000 пехотинцев, курды смогли отбить у врага лишь несколько деревень в пригородах Мосула.

 

Через пару недель власти США заявили об амбициозной цели — полностью отбить мегаполис у террористов и вернуть под контроль иракского правительства. На момент 9 февраля 2015 года курдские отряды «Пешмерги» развернули боевую группировку всего в 9 километрах от центра Мосула.

Тем не менее, заявленные «несколько недель» до наступления значительно затянулись — в городе на тот момент находились порядка 12 тысяч боевиков ИГИЛ, а подступы к районам хорошо укреплены и оборудованы.

Как оказалось, была катастрофически занижена и оценка требующейся для штурма живой силы и техники. Так, в начале 2015 года силы коалиции на полном серьезе собирались взять и «зачистить» Мосул силами 5–6 мотострелковых бригад, сосредоточив рядом с «иракской столицей ИГ» 25 тысяч солдат и ополченцев.

Войска коалиции столкнулись с внешним рубежом обороны ИГ на подступах к городу и безуспешно пытались пробиться вглубь Мосула.

Дополнительные трудности в наступлении создали климатические условия. Сезонная майская жара и песчаные бури затрудняли проведение операций и фактически лишили наземную группировку войск поддержки с воздуха.

Так и не сумев преодолеть сопротивление боевиков, американская сторона в лице координатора Джона Аллена изменила свои заявления, сообщив, что Мосул будет освобождён «в течение нескольких месяцев».

За 2015-й год ситуация не изменилась ни на йоту, а к декабрю того же года боевики ИГ сами перешли в наступление на рубежи коалиции и её руководству пришлось прибегнуть к помощи «Пешмерги» и канадского спецназа для устранения угрозы прорыва позиций.

Новое наступление на Мосул под громким именем«Фатах» (араб. «Открывающий двери», одно из 99 имен Аллаха), было анонсировано только в начале марта 2016 года.

Начать операцию раньше коалиция просто не имела возможности. Необходимо было не только противостоять нападениям джихадистов, но и параллельно с этим собирать новую боевую группировку.

На сей раз в неё вошло более 85 тысяч иракских солдат. Помимо иракской армии, в операции «Фатах» приняли участие 60 тысяч солдат курдского ополчения, а также группировки местных ассирийских христиан и туркмен-суннитов.

Американская сторона также выслала подкрепления — в Ирак были переброшены подразделения элитных 101-й воздушно-десантной и 1-й пехотной дивизий.

Тем не менее, даже столь многочисленной группировке (почти 200 тыс. человек) пришлось столкнуться с жесточайшим сопротивлением со стороны 20-тысячного гарнизона Мосула. Дело в том, что оборонявшие город шесть «бригад» террористов пользовались стабильной поддержкой местных племенных объединений и суннитского населения Мосула.

Дополнительным стимулом к ожесточенной борьбе для боевиков ИГ стало использование американской коалицией в военных целях шиитского ополчения, которое не гнушалось творить самосуд и казни на отбитых у ИГ территориях.

Группировка коалиции собралась с силами для нового удара лишь к 24 марта 2016 года, однако войска снова застряли в дальних пригородах Мосула, остановившись в 40–50 километрах от города. А затем, в мае 2016-го года, вновь повторился сценарий с неумолимой жарой и песчаными бурями.

Но на сей раз – к началу предвыборной гонки – Вашингтону позарез нужны были сколь-либо видимые результаты кампании по освобождению Мосула. И парой захудалых деревушек в пригороде здесь явно было не отделаться.

И командование коалиции, собрав всю силу в кулак, сделало в ночь на 17 октября 2016 года единственное возможное… Объявило о скором начале очередной «победоносной» наступательной операции!

Неудивительно, что это наступление, приуроченное «к важной дате», оказалось обречено на провал, не успев начаться. Уже через 4 дня 21 группа боевиков «Исламского государства» захватила часть курдского города Киркук, откуда их пришлось выбивать на протяжении двух дней.

В итоге, «триумфальное» наступление на Мосул началось лишь 1 ноября 2016 года, когда правительственные силы Ирака вышли на окраины города, а с западной стороны перекрыли террористам снабжение с шоссейной дороги Ракка–Мосул.

Но даже успешно замкнув кольцо вокруг исламистов, силы иракской армии, значительно дополненные «Пешмергой» и шиитским ополчением и при мощной воздушной поддержке коалиционных ВВС, не смогли войти в город за одну неделю.

Несмотря на практически десятикратное численное превосходство, объединенная группировка войск вела бой на вражеских условиях: террористы прекрасно изучили каждый закоулок городских улиц и тщательно подготовились к его обороне, разместив огромное количество «схронов» и боевых укреплений. В итоге отряды коалиции продвигались вглубь Мосула «улиточными» темпами. Дополнительную суматоху в наступательную операцию вносил тот факт, что коалиция привлекла на свою сторону многочисленные религиозно-националистические формирования, толку от которых на поле боя практически не было, зато функции военной полиции на отбитых у игиловцев территориях они выполняли чересчур рьяно, включая казни, грабежи и прочие «шалости» любителей радикального ислама.

Обещая взять Мосул к 8 ноября, руководство военной коалиции в очередной раз сыпало пустыми обещаниями. Даже на момент 29 ноября практически весь Мосул удерживался под контролем ИГ, а потери коалиции убитыми и ранеными при штурме превзошли общую численность гарнизона Мосула и составили около 20.000 человек.

На момент окончания наступления на Мосул 27 января 2017 года, потери коалиции ужасали: иракские войска и курды потеряли убитыми и ранеными в общей сложности около 30 000 бойцов, в то время как потери со стороны ИГ были куда скромнее.

По оценкам самой коалиции, террористы потеряли убитыми около 1300 человек, остальные отступили на западный берег Тигра, либо смешались с мирными жителями, перейдя к тактике партизанской войны.

В настоящее время операция по освобождению Мосула решила лишь половину заявленных задач. Западная часть города по-прежнему находится в руках боевиков, а блокада Мосула до сих пор носит частичный (читай — бесполезный) характер. В новейшей истории сражение за Мосул, затянувшееся на два с лишним года (и до сих пор незавершенное) вполне можно назвать «самой провальной военной кампанией современности».

Впереди у войск коалиции (помимо окончательного освобождения Мосула) взятие Ракки, где на текущий момент в относительной безопасности базируются силы боевиков ИГ. И если руководство объединённых антитеррористических сил не примет во внимание прежние ошибки, инициатива вновь может обернуться кровавой трагедией.

 

Оставьте свой комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *